Серебряные рюмочки

Влас Григорьевич Пупков

   В нашей семье хранятся две старинные серебряные рюмочки. Потемневшее от времени серебро, да несколько столетних фотографий – вот и все, что осталось от наших предков. Для нас это память и история. История семьи – слепок с истории всей страны. А знаете ли Вы свои корни?

   Со старинной фотографии на меня смотрит мужчина в офицерском казачьем мундире. Это мой прадед Влас Григорьевич Пупков. Он родился в станице Константиновская Донской области в 1870 году, закончил Дерптский университет и ушел на военную службу. Служил в городе Царицыне – нынешнем Волгограде. В 1898 году Влас Григорьевич женился на Клавдии Николаевне Проскуряковой. Она происходила из семьи священника станицы Усть-Медведицкой. Жили Пупковы дружно. Со временем в их семье родилось шестеро детей. В 1910 году Власа Григорьевича перевели по службе в город Усть-Каменогорск. Туда переехала семья Пупковых: В Усть-Каменогорске семью застала революция.
   После революции в стране началась гражданская война, продразверстка и другие бедствия. В 1918 году все Прииртышье восстало против Советской власти. В этом восстании принимал участие Влас Григорьевич с тремя старшими сыновьями. Отряды восставших заняли города Усть-Каменогорск, Семипалатинск, Павлодар, Омск. Но красные подтянули силы и разбили повстанцев. Восставшие с боями отходили в верховья Иртыша. При отступлении погиб старший сын Пупковых. Это была геройская, но бесполезная гибель: в бою белые не удержались и стали отходить. Тогда молодой парень в одиночку, с саблей наголо, поскакал навстречу красной коннице. За ним никто не последовал и красные срубили его мимоходом.
Клавдия Николаевна с детьми    Белые с семьями и обозами отходили до станицы Алтайской. Теперь она называется поселок Катон-Карагай. Этот поселок находится на стыке границ Монголии, Китая, России и теперешнего Казахстана. Когда-то там проходил оживленный торговый путь в Китай. В Катоне осталась беременная Клавдия Николаевна с младшими детьми, а Влас Григорьевич с двумя старшими сыновьями ушел в Китай. Больше в нашей семье о них никогда не слышали. Погибли они или занесла их куда-то судьба – об этом никто не знает.
   Красные допрашивали Клавдию Николаевну:
   - Где муж?
   - Не знаю.
   - Расстрелять!
   Уже от расстрельной стены беременную женщину отвел красный командир: «Скажи спасибо своему неродившемуся сыну!» Сын благодаря этому родился. Он стал моим дядей Борей. Всю жизнь Борис Власович проработал учителем в школе и на своем памятнике завещал написать:
   Тепло души, отдал тебе
   Младое поколенье!
   Стоит теперь под Алма-Атой скромный обелиск с такими словами.

   Семья Пупковых жила в Катоне. В 1931 году там появился молодой агроном Александр Иванович Орлов. Ему приглянулась молодая учительница Лида Пупкова. Не знаю, как развивались их отношения, но однажды Александр появился у Лиды с настойчивым вопросом: «Чем пахнет?» Оказалось, что пахло выправленной честь по чести справкой из сельсовета о создании новой семьи. Так появились у меня дед Александр Иванович и бабушка Лидия Власовна.
Орлов Александр Иванович    Александр Орлов был родом из деревни Сукмановка Тамбовской области. Закончил ШКМ - школу крестьянской молодежи. Учился в Борисоглебской школе летчиков. Летал на тогдашних фанерных аэропланах. Потом подвело здоровье. Александр ушел из авиации в сельскохозяйственный техникум. После окончания техникума попал по распределению в «Сибирскую Швейцарию» - так описали ему Катон.
   Всю жизнь Александр Иванович Орлов проработал специалистом сельского хозяйства. Агрономом, директором машино-тракторной станции, директором совхоза. Растил хлеб и чем мог, помогал своим землякам. Александр Иванович был душой любой компании, всегда работал с раннего утра и до поздней ночи. Поднимал целину и добивался рекордных урожаев. За это получил звание Героя социалистического труда. Лидия Власовна отработала в школе более 40 лет. Она учила несколько поколений детей. Несколько раз Орловы переезжали, в основном по Семипалатинской области. Благодарное, Преображенка, Ивановка – это села, где до сих пор добрым словом вспоминают Орловых.
   Дед Александр Иванович был моим другом. Больше всего я общался именно с ним. Иногда дед брал меня в свои поездки. Помню бескрайние поля пшеницы, отары овец, огромных степных беркутов, юрты чабанов. Помню праздник окончания уборочной: село Ивановка, 1966 год, сцена-настил в саду посреди села. Радостные возбужденные люди. Песни Бернеса из репродуктора:
   «Хотят ли русские войны?
   Спросите вы у тишины
   У шири пашен и полей
   И у берез и тополей…»
   Улыбчивый дед в строгом черном костюме с Золотой Звездой на груди. Слова благодарности за ударный труд. Подарки комбайнерам, водителям и трактористам: кому одеяло, кому лампу, кому часы. Сейчас к этому относятся по другому. А тогда это было признание твоего труда. На глазах людей стояли слезы. Я гордился дедом и хотел быть похожим на него.
Орлова Лидия Власовна в 80е годы    Последние годы дед сильно болел. Дед с бабушкой переехали в Семипалатинск. У них часто бывали гости: бывшие ученики Лидии Власовны, товарищи деда из сел и районов области. Мне часто говорили: «Бери пример с деда». Я иногда с интересом смотрел на него: что в нем особенного? Особенного ничего не было. Правда, строгим я его никогда не видел. Сосредоточенным – да, веселым – да. При мне он шутил даже в последние недели жизни. Говорил: «Жить надо честно и весело». Он много чего мне говорил. Запомнить бы…
   Орлова Елена Александровна – дочь Александра Ивановича и Лидии Власовны. Это моя мама. Орловы – моя родная ветвь по маминой линии. Раз уж мы заговорили об истории, то надо сказать и о другой ветви – отцовской. Она не менее интересна. Тут есть о чем упомянуть.

   В начале ХХ века в России появился реформатор Столыпин: «Дайте мне 20 лет покоя и вы не узнаете Россию!» 20 лет покоя история не дала, но кое-что произошло. Крестьянам из перенаселенных европейских губерний предложили ехать на новые земли. Село в Курской губернии сначала отправило разведчиков. Те вернулись с известием: «Земли много, земля плодородная и пустая. Есть речки и леса».
   В 1906 году поехала половина села. Везли с собой инвентарь, скот, бытовые припасы. До Омска добрались на поезде. Оттуда пошли своим ходом. Земли для курских переселенцев были отведены на южных склонах Тарбагатайского хребта в Семипалатинской области. До места шли два года. Летом шли, зимой останавливались в каком-нибудь селе. Жили, работали. Когда добрались до места, то основали в предгорьях цепочку сел: Кирилловка, Ириновка, Аксаковка, Благодарное. Начинали с землянок. Быстро поднялись и стали жить почти зажиточно. Мой дед, Курсаков Егор Матвеевич, родился в пути на новые земли. В селе Кирилловка, позже переименованной в Кировку, прошло его детство и большая часть жизни.
   Гражданская война тоже кипела в здешних местах. Приходили белые отряды атамана Анненкова, в горах был партизанский отряд «Красные горные орлы», но большого ожесточения вооруженная борьба в этих местах не имела.
Семья Курсаковых, 1939 год    В конце 20х годов Егор Матвеевич женился на Александре Ивановне Демочкиной. Она происходила из семьи переселенцев, которые пришли сюда на полвека раньше. Тогда в эти места переселяли жителей Полтавской губернии и называли их семиреченскими казаками. Егор Матвеевич занимался крестьянским трудом. Три года отработал на строительстве Туркестано-Сибирской железной дороги. Жизнь была трудной. Вместе со всем народом семья Курсаковых пережила коллективизацию и вызванный ею страшный голод 30х годов.
   В новой семье перед войной родилось шестеро детей. Четвертым ребенком и старшим сыном в семье стал мой будущий отец Иван. Когда началась война, то большинство мужчин ушло на фронт. Вместе со всеми ушел и Егор Матвеевич. Вся домашняя мужская работа легла на плечи матери и семилетнего сына. В колхозе Иван начал работать в семь лет – раньше, чем пошел в школу.
   Знаете ли Вы как жило наше село? В то время, когда американцы строили свои небоскребы, а Форд собирал свой первый миллион автомобилей, советское село пахало и сеяло на быках. Инвентарь был самодельный. Молотили собранный хлеб каменными восьмигранными катками, которые таскала лошадь. Для своих нужд мололи зерно каменными самодельными жерновами. Строили из самана – смеси соломы, глины и навоза. Топили жилье кизяком и коровьими лепешками. Так было до середины, а то и до конца пятидесятых годов. На трудодень – работу от зари до зари, колхозникам давали 200 граммов зерна – целый стакан! Утром, чтобы затопить печь, бежали с горшочком к соседям за тлеющими угольками. Немногочисленные оставшиеся дома мужчины добывали огонь кремнем и кресалом.
   «Три девицы под окном пряли поздно вечерком». Пушкин? Сказка о царе Салтане? Да нет же – начало космической эры в СССР! Надо было во что-то одеваться: сеяли лен, убирали его, вымачивали, высушивали, вычесывали. Мяли куделю, пряли, ткали холсты, отбеливали на снегу. Шили рубахи и платья. Это не был «прикид от кутюр». Это было рубище. Но так жило село – большинство населения страны.
   Отец пошел в школу с 9 лет. До этого просто не было обувки. В 9 лет справили первую обувь – два куска сыромятной телячьей кожи. Ее надо было одеть на портянку, получившуюся чуню обвязать веревочкой. Вечером сыромятную кожу надо было распрямить и закопать в землю, чтобы не задубела. Еще сыромятную кожу надо было беречь от собак – какая-нибудь псина запросто могла утащить и слопать такую обувку.
   В школе ученики писали на старых газетах камышовыми или куриными перьями. Вместо чернил использовали сок лопуха или молоко с сажей. Уроки делались вечером при коптящем свете жировика. Каждый метр огорода и сада колхозников уполномоченные обмеряли и облагали налогом. Каждый год колхозников подписывали на обязательный государственный заем. За недоимку могли увести со двора корову-кормилицу. Деревня, которая от зари до зари работала и производила продукты, сама была нищей и голодной.
   Отец рассказывал: «В школе мы были пионерами. Нас учили, что при царе трудящихся угнетали, а теперь жить стало лучше, жить стало веселей. Придем домой и спрашиваем мать:
   - Скажи, когда было лучше жить – при царе или теперь?
   - Конечно при царе.
   Мы ее воспитываем-воспитываем как темную и отсталую. Потом опять спрашиваем:
   - Ну, ты поняла?
   - Поняла.
   - Так когда было лучше жить?
   - При царе.
   Никак не могли мы ее воспитать! Вот так яйца курицу учили».
   Думаю, мать легко могла объяснить своим детям правду, но тогда она сломала бы им жизнь. Однако я отвлекся.

Егор Матвеевич Курсаков

   Егор Матвеевич попал на фронт в феврале 1943 года. Красная Армия шла на запад. Второй батальон 115 отдельной стрелковой бригады, где служил Егор Матвеевич, наступал в направлении города Севска. Егор Матвеевич прошел тогда в нескольких километрах от родного села. Того села, из которого уехали в 1906 году.
   Немцы подтянули большие силы и в районе Севска начались длительные и тяжелые бои. Город переходил из рук в руки. В одном из боев Егор Матвеевич отличился. В наградных документах записано: "31 августа 1943 года в бою за селение Подлесные Новоселки красноармеец Е.М.Курсаков прорвался в расположение противника и уничтожил более 10 фашистов". Рядовому стрелку-автоматчику совершить такое непросто.
   В январе 1944 года вышестоящее командование решило провести разведку боем. Стрелковый батальон бросили в лобовую атаку на немецкие позиции. Немцы дождались, когда последние наступающие цепи выйдут из леса на открытое поле. Потом ударили шквальным огнем. Бойцы бросились вперед – не пройти, снег по пояс. Качнулись назад – не выбраться, снег по пояс. Немцы расстреливали батальон на открытом месте, прятаться было негде. Чего не сделал свинец, довершил мороз. Из 700 бойцов в живых осталось лишь несколько человек.
   Егору Матвеевичу одна пула пробила ногу. Вторая - разрывная, ударила в руку и выбила автомат. Рука болталась на лоскуте кожи и обрывке сухожилия. Он пополз назад. Увидел стонущего раненого комбата. Выполз сам и вытащил командира. В госпитале хирург спросил:
   - Руку отрезать или оставить?
   - Оставить.
   Руку пришили и она, на удивление, приросла. Только не двигалась. Скрюченные пальцы кисти остались неподвижными на всю жизнь.
   Весной 1944 года Егор Матвеевич вернулся домой. Пошел работать в колхоз. Всю оставшуюся жизнь он провел в родном селе. Работал бригадиром, председателем колхоза. Заработал своим трудом два ордена. Жизнь постепенно наладилась. В село пошла техника. Колхоз обновлялся и строился. Наверное, можно было бы многое рассказать о том времени, да некому было расспросить и записать.
   Война неожиданно напомнила о себе в середине пятидесятых. Егора Матвеевича вызвали в военкомат и вручили орден Красной Звезды. За бой 31 августа 1943 года. Как говорится - награда нашла героя.
   Я бывал в гостях у деда Егора и бабушки Сани в Кировке. У них был большой яблоневый сад. Мне он казался огромным. Яблоки на любой вкус: сладкие, с кислинкой, хрустящие, мягкие. А какое вкусное было молоко! Сразу за селом начинались предгорья. Дальше стеной стояли горы. Однажды мы ходили в эти горы: горная речка, ущелье, водопад, скалы и альпийские луга. Красота, какую трудно описать. В Кировке легко дышалось и не хотелось уезжать.

Иван и Елена Курсаковы

   Мы добрались до новейшей истории. Курсаков Иван Егорович и Орлова Елена Александровна – это мои родители. Они учились вместе в школе. В 1953 году на весь район среднюю школу закончили семь человек. На фотографии выпускников они сидят рядышком. Потом закружила жизнь. Елена поступила в Томский университет. Иван ушел солдатом в армию, был наводчиком зенитного орудия в Сталинграде. Затем закончил Одесское зенитно-артиллерийское училище, переучился на ракетную технику. Через пять лет после окончания школы Иван приехал в гости к Елене и они поженились.
   Семейная жизнь Курсаковых началась в Барнауле. В 1960 году Барнаульский зенитно-ракетный полк подняли по тревоге и перебросили на Семипалатинский полигон. Дивизионы расположились в степи и закрыли воздушное пространство над испытательными полями ядерного полигона и аэродромом дальних бомбардировщиков в Чагане. Шестидесятые годы - трудные годы. Бесконечные тревоги, готовности, боевые дежурства, выезды на полигонные стрельбы, переучивание на новую технику. Иван Курсаков служил офицером наведения зенитно-ракетного комплекса, командиром батареи, зам. командира дивизиона. Девять лет семья прожила на площадках Семипалатинского полигона.
   В 1969 году Ивана Егоровича перевели в военный городок Чаган в штаб полка, а через пять лет в управление дивизии в Семипалатинск. Военная жизнь легкой не бывает: в 1980 году управление дивизии погрузили в эшелоны и отправили в Забайкалье. После Забайкалья семью приняла страна чудес - Монголия. Иван Егорович много ездил по дальним гарнизонам. Часто приходилось ездить без дорог по монгольским степям. В пустыне Гоби ориентировался по звездам. Всегда работал с полной отдачей и отдавал опыт и знания молодым офицерам.
   Почти тридцать лет Иван Егорович и Елена Александровна путешествовали по гарнизонам и городкам. Жили просто и скромно. Налаживали быт много раз на новых местах. Моя мама работала где могла: химиком в исследовательском центре ядерного полигона, учителем в школе, библиотекарем, инженером в лаборатории. Отец дослужился до подполковника. Уволился на тридцать втором году службы из Монголии. Я думаю, что пока у России есть такие солдаты как он, над нами будет мирное небо.

На открытии памятника семье в Бердске

   После увольнения из Армии Иван Егорович и Елена Александровна вернулись в родные места – в Семипалатинск. Много лет жили там. Потом перебрались к детям и внукам в Бердск. Для детей и внуков нет высшего авторитета, чем старшие Курсаковы. Они надежны как гранитная скала и, несмотря на возраст, всегда стараются подставить свое плечо. Уже в Бердске Иван Егорович и Елена Александровна провели свою Золотую свадьбу и открыли в центральном парке города памятник семье – символическое гнездо аистов. Вот такая история: с 1870 года до наших дней.
   Среди наших близких были воины и землепашцы, учителя и просто хорошие люди. Своей жизнью и трудом они создавали Россию. Жизнь продолжается. Я думаю, что дети и внуки напишут когда-нибудь эту историю дальше. И это будет достойная история. Очень хочу и крепко на это надеюсь!

Страничка на сайте Борисоглебского училища летчиков про Александра Ивановича Орлова
Заметка в Семипалатинской газете "Иртыш" про Александра Ивановича Орлова
Страница памяти о Егоре Матвеевиче Курсакове
Наградной лист из Великой Отечественной войны на Егора Матвеевича Курсакова

Наша точка
Городок Чаган
Далекая площадка
Взгляд на жизнь
Семипалатинск - город на Иртыше
Беловодье
Остров
Я надеюсь
Серебряные рюмочки
Казахстан и Россия
Старая тетрадь
Мозаика

 

Назад | Главная | Наверх